April 9th, 2013

Триумфальная победа Луценко

У нас, к сожалению, не умеют ценить героев. В основном, это  из-за зависти к сильным, смелым, талантливым и удачливым людям. От этой зависти, кстати, многие наши беды. Наверное, поэтому в информационном пространстве Украины не звучит адекватная оценка главного события последних месяцев- выхода на свободу Луценко. Я не буду здесь обсуждать писания всяких злобных пакостников, выливших на Луценко и его семью потоки грязи после освобождения, но обращу внимание на эту массовую истерику. Причина ее в убедительной  победе Луценко, которую шариковы  чувствуют подсознательно, но не решаются (или просто не способны) себе объяснить. Надо сказать, что и нормальные, вменяемые и доброжелательные люди, радуясь за Юру, не формулируют главный общественный смысл  этого события, обращая внимание на многие, хоть и очень важные, но все же второстепенные аспекты ( Юра поправит здоровье и будет с семьей, оппозиция получила сильного игрока и т.д.). Попробую восполнить этот пробел.

В отличие от Юли, Юра был арестован совсем не потому, что он представлял собой угрозу режиму.  На момент ареста  он растерял всю свою былую популярность. И, хотя он был, вне всякого сомнения, лучшим главой МВД за 20 лет независимости, он сделал на этом посту кучу глупостей и безответственных  легкомысленных шагов. которые всем были видны.  Да и должность эта сама по себе не способствует росту популярности. Ну, а дикая пьяная выходка во Франкфурте, казалось, уничтожила навсегда его репутацию как внутри страны, так и (особенно!) в Европе. Никакого политического веса и электорального потенциала у него уже не было.

Конечно, одним из мотивов ареста была месть. Но, рискну предположить, что этот мотив не был главным. А главным было стремление на глазах у всех  уничтожить его как личность. Не физически, а морально. Пацаны хотели вот такого умного парня в очках,  с хорошо подвешенным языком публично унизить,  "опустить"  на радость злобному агрессивно-послушному  быдлу. Хотели внедрить в общество презрение и гадливость по отношению к людям читающим книги и владеющим связной речью. Собирались продемонстрировать, что все  эти умники и говоруны на самом деле жалкие слабые ничтожества, а настоящие люди это невнятно мычащие монстры, пришедшие к власти в 2010. Публичное превращение яркого и талантливого человека в жалкое существо должно было, по замыслу режиссеров, посеять в обществе леденящий душу и парализующий гражданскую волю ужас перед этой властью.

Честно говоря, я поначалу очень боялся, что власти удастся реализовать описанный выше замысел.  Луценко мне не казался сильным человеком. Как же я ошибался! Своим героическим поведением Юра лишил власть всякой возможности себя унижать. Месячная голодовка с явным намерением двигаться до конца напугала его мучителей, которые были явно не готовы к такой его решительности. Его смерть могла бы вызвать неизвестные для них последствия. Кроме того, подобное поведение определенно вызвало уважение к нему как со стороны тех его врагов, которые способны оценить мужество,  так и со стороны многих подневольных исполнителей. Конвой в суде после этого вел себя скорее, как почетный эскорт. Это бросалось в глаза. Яркие и логичные его выступления в суде, точная, остроумная и беспощадная критика власти со стороны человека, находящегося в ее руках, производили действие прямо обратное тому, на которое рассчитывали режиссеры из АП и ГПУ.  Одновременно, бездарная и тупая деятельность приемников Луценко в МВД открывала глаза многим на то, что, несмотря на свою экстравагантность, Юра был совсем неплохим министром. Нелепость выдвинутых против него служебных обвинений это впечатление усиливала.

Итак, вместо того, чтобы превращаться в ничтожного слизняка на глазах у публики, Юра, к ужасу властей, становился народным героем. Особую роль в процессе такого его становления сыграла  выдающаяся публицистика, написанная им за решеткой и находившаяся все это время в фокусе общественного внимания. Эта публицистика является значительным  литературно- гражданским явлением и  заслуживает отдельного детального обсуждения. Здесь лишь замечу, что эти его эссе поражали глубиной понимая общественных процессов и трезвым критическим взглядом на самого себя.  Не было там ни героического бахвальства (которое тут было бы простительным и, в какой-то мере обоснованным), ни истерического посыпания головы пеплом, а была критическая самооценка и безоговорочное принятие  любой судьбы.  Публицистика показывала значительно большие масштабы личности автора, чем те которые ожидались до всего происходящего.

Героизм Луценко стал очевидным для Запада и изменил к нему там отношение. Героям прощают пьяные дебоши. Поначалу вялые упоминания о Луценко на Западе на фоне дела Тимошенко постепенно сменялись все более и более настойчивыми. В результате, именно настойчивость Запада привела к его освобождению. И он вышел на свободу как герой и победитель, как мудрец и философ, которого ждала страна.  Проявив редкую силу духа, он не дал себя растоптать. Наоборот, поднялся на новый человеческий уровень и показал все ничтожество тех, кто опрометчиво пытался его уничтожить как личность. Доказал, что интеллектуальные люди могут успешно  противостоять власти хамов и побеждать. Общество восприняло этот  мессыдж, и в этом главный триумф  Луценко.