December 10th, 2014

Алексей Широпаев "Ураганный год"

Оригинал взят у volnodum в Алексей Широпаев "Ураганный год"
http://image.zn.ua/media/images/original/Feb2014/84467.jpg

Когда в конце ноября прошлого года до Москвы дошли первые вести о новом Майдане (Евромайдане), мало кто из российских обывателей понял, что прежняя жизнь кончилась. Слово «Майдан» прозвучало как неумолимый удар гонга истории. Начались процессы колоссальных, стремительных изменений — международных и внутриполитических. Мир вошёл в новую реальность.

Спусковым крючком Украинской Еврореволюции стал отказ Януковича от подписания Соглашения об ассоциации Украины с ЕС. 21 ноября 2013 года народ вышел на второй Майдан.

Сразу же почувствовался его огромный потенциал решимости и стойкости. И сразу стало ясно, что в возникшей ситуации есть только два основных игрока: украинский народ в лице Майдана и Путин. Янукович, как марионетка Путина, игроком, по сути, не был.

Путин изначально оценил Майдан как силу, угрожающую всей его системе власти, как личный вызов. Путин сразу понял, что нельзя позволить народу победить, ибо победа Майдана — это пример сокрушительной силы. Скажем, на нынешние настроения в Беларуси Майдан весьма повлиял. Для Путина дело было не только в сохранении контроля над Украиной. Самое главное, чтобы Украина не стала примером для русских. А пример получался очень заразительный. Украина — рядом, русских с нею связывает множество культурно-исторических нитей. Свободная славянская страна, такие же с виду люди, как и мы, имеющие общее с нами советское прошлое, но сумевшие одолеть воровскую клановую власть и повернуться к Европе — это очень заразительно. Это вдохновляет, даёт надежду и силу. Путин знал, что потенциал Майдана есть и в русском обществе. Он ощутил этот потенциал в декабре 2011 года и поначалу был им даже напуган. Путин понимал, что победный Майдан в Киеве стократно усилит Болотную в Москве. Поэтому Майдан должен быть подавлен. Причём любой ценой, как стало ясно из последующих событий.

Collapse )

Нова підбірка кримських нарисів від Алі

З кримського разговору.
- А у мєня жєна бандеровка.
- Шо? Людміла? А я не знал!
- Та я і сам не знал. А тепер, как мєня уволілі, она цєлими днями ругаєт Росію і хваліт Україну. Шо с нєй такоє, нє знаю.
- Да, бабьі оні такіє.

Сцена в кримському управдомстві. Дві бабки кричать:
- А за шо свєт отключают? Ето наша сосєдка на ріфірєндум не ходіла і на перепісь насєлєнія не ходіла, пусь єй отключают.
- Ми про ето пісалі, уже куда нє пісалі, - вставляє друга бабка, - Нікакой реакції.
- А нам пусь нє виключают. І пусь воду нормально опять включают. Почєму весь дом будєт страдать із-за какой-то бендеровкі.
Управдомці тщетно намагаються пояснити, що світло вимикають не через голосування.
- Нє надо нам ля-ля! Ви двє нєдєлі не хотєлі брать у нас заявлєніє про сосєдку, а как только взялі, сразу свєт отключілі всєму дому!
- І на мєстниє вибори не ходіла, - пригадує друга бабка. - Забилі напісать в заявлєнії.
Сцену мовчки слухав татарин-електрик. На останній фразі він сказав:
- Да, дєвушкі, напішитє новоє заявлєніє. Тогда вам нє только воду, но і газ отключат.
Думка старого знайомого, який ну скільки його знаю, завжди від політики морозився. Як ти, питаю. Він каже, ти знаєш, я охрінів і так тепер і живу. З весни охрінів? - вточнюю.
- Ні, каже, з кримчан я охрінів років двадцять п'ять назад і отак і живу. Вперше я охрінів, коли вони спочатку добились, щоб їм АЕС закрили, а потім повалили голосувати за автономію від України. Далі, каже, мене вже мало дивувало. І коли вони вибрали Мєшкова, а через півроку прогнали його московський уряд, і коли вони всі як один хотіли народити від Марчука дитину, але голосували за Кучму, і коли вони повбивали власних бандитів та запросили сюди українських бандитів - я вже не міг охрініти сильніше, тому що першого разу було достатньо. Те, що вони запросили Росію і першим ділом відрізали себе від води, мене вже, каже, ніяк не впечатліло.
Він сидить, курить люльку (справжню таку трубку як у Холмса) і вважає кримчан повними дебілами.

Є в мене знайомий - розкаявшийся кримнаш. Можна сказати, моя гордість, не можу сказати що я особисто його розпропагував, життя проробило все це за мене, але я присутній був, що називається, при народинах і навіть трохи допоміг обрізати пупка. Так от він тепер мені з восторгом неофіта повідомляє: - А ти помітив, що в маршутках та автобусах всі різко припинили говорити про політику? Ні слова про Україну, правосеків, бендер, нічого. Якщо хтось починає, всі мовчать.
- Помітив, - чесно відповів і я.

Была ли у охотника голова? (из книги Расула Гамзатова "Мой Дагестан")

Три охотника узнали, что недалеко от села скрывается волк. Они решили его поймать и убить. О том, как они его ловили, есть много разных толков в народе. Я с детства запомнил такой рассказ:
Волк, спасаясь от охотников, забрался в пещеру. Вход в нее был только один, и тот очень узкий - голова пролезет, а плечи нет. Охотники притаились за камнем, свои винтовки нацелили на вход и стали ждать, когда волк вылезет из пещеры. Но волк был, как видно, не дурак - он спокойно отсиживался. Значит, проиграть должен был тот, кому первому надоест сидеть и ждать.
Одному охотнику надоело. Он решил как-нибудь протиснуться в пещеру и выгнать оттуда волка. Он подошел к дыре и просунул в нее голову. Охотники долго наблюдали за своим товарищем и удивлялись, почему он не пытается пролезть вперед или хотя бы вытащить голову обратно.
Наконец, им тоже надоело ждать. Они пошевелили охотника и убедились, что головы у него нет.
Стали гадать: была ли у охотника голова до того, как он полез в пещеру? Один говорит, что как будто была, другой - что как будто не было. Безголовое туловище принесли в аул, рассказали - о случившемся. Один старец сказал: судя по тому, что охотник полез в пещеру к волку, головы у него уже не было давно, может быть, с самого рождения. Пошли выяснять к овдовевшей жене охотника.
- Откуда мне знать, была ли у мужа голова? Помню только, что каждый год заказывал себе новую папаху.