June 22nd, 2015

Почему он врет?

По результатам его выступления на питерском форме я не могу удержаться от банальных вопросов. Мне психологически очень важно понять:

- он врет поскольку считает, что его нельзя проверить?
- он врет, прекрасно зная что его можно проверить, но ему наплевать на тех, кто его может проверить?
- или он просто осел, которого его окружение водит за нос, подсовывая явную липу, а он, приняв ее за чистую монету, вполне искренне несет всю эту околесицу?

Согласитесь, правильный ответ на эти вопросы очень важен для понимания ситуации и наших перспектив.

От себя: Правильнім мне представляется 3-й ответ. Он осел. Но это специфическая ословидность диктатора, которую он приобретает за годы правления. Диктатор приближает к себе лиц, говорящих ему приятные вещи и удаляет тех, кто раасказывает о рисках и проблемах. За место около диктатора идет борьба, в которой побеждают не просто умеющие говорить приятное, а люди обладающие способностью тонко прочитать подсознание правителя и выяснить, что он хочет слышать. В результате, несменяемый правитель оказывается окруженным исочниками информации. которые сообщают ему об окружающем мире исключительно то, что он жочет о нем слышать. И тут он, действительно, превращается в осла. Поэтому, поначалу, вроде бы. умные и расчетливые люди, побыв диктаторами, начинают нести всякую околесицу и совершать самоубийственные глупости. Начинают, как Гитлер, верить, что ни одна британская бомба не упадет на Германию, или, как Саддам, что он сможет протвостоять США.


Евгений Киселев о деталях Гаагского Арбитража

10 лет назад, примерно об эту пору, жарким московским летом 2005 года, я познакомился с одним из юристов, которые еще только готовились к подаче в международный арбитражный суд в Гааге иска против Российской Федерации о возмещении ущерба акционерам ЮКОСа в результате фактической конфискации некогда крупнейшей российской частной нефтяной компании.

Напротив меня сидел человек – пока не буду называть его имени, время для этого едва ли пришло – средних лет, неброской внешности, в круглых очках, больше похожий на кабинетного ученого, чем на зубра судебных баталий; встретишь на улице — пройдешь мимо, не обратив внимания. Но он просто заворожил меня силой аргументов, блестящей эрудицией в области международного права и поразительной убежденностью в том, то иск можно выиграть.

Хотя все, о чем рассказывал мой новый знакомый, звучало как совершеннейшая научная фантастика: основанием для иска будет тот факт, что Россия нарушила свои обязательства по Договору к Энергетической хартии; сумма исковых требований будет равняться всей упущенная акционерами прибыли на день вынесения окончательного решения, то есть наверняка составит десятки миллиардов долларов; впереди — многолетнее скрупулезное разбирательство с участием крупнейших мировых авторитетов в области права и затем – в случае успеха – еще много лет борьбы в судах за получение компенсации, которую Россия, скорее всего, откажется платить.

История настолько увлекла меня, что с тех пор я стал следить за ходом дела и даже несколько раз писал в СМИ о том, как оно развивается.

Знакомые крутили пальцем у виска: да наплюют в Кремле на этот иск! Да проиграют его акционеры ЮКОСа однозначно! Да не получится использовать Энергетическую хартию, РФ же ее не ратифицировала, тут и взятки гладки! Да кто вообще на Западе решится портить отношения с Путиным до такой степени, ведь это же гигантские деньги! И так далее, и тому подобное.

Однако спустя десять лет оказалось, что все произошло точно по тому сценарию, который мне нарисовал за столиком маленького кафе где-то на Шаболовке человек в «блюдечках-очках» десять лет тому назад.
Государство российское добровольно согласилось стать стороной арбитражного процесса в Гааге – почему, другой вопрос. Может быть, отказаться было сложно — как по процедурным, так и по репутационным соображениям. Но, скорее всего, люди просто не до конца понимали, во что ввязываются.
Да еще наверняка было абсолютно уверены, что выиграют иск.

Дальше было несколько лет, в течение которых международными арбитрами исследовался только один вопрос: а можно ли вообще рассматривать это дело на основании Договора к Энергетической хартии, который, как уже было сказано, Россия не ратифицировала. Наконец, прозвучал вердикт: можно.

Если коротко, в международном праве существует понятие «временное применение» – если государство подписало какой-нибудь договор и при этом сразу не сделало оговорку, что будет исполнять этот договор только после ратификации парламентом, то оно обязано исполнять его сразу, на временной основе, не дожидаясь ратификации, со всеми вытекающими последствиями.

Далее – внимание! – это очень важно: когда суд постановил, что иск бывших акционеров ЮКОСа будет-таки рассматриваться на основании Договора к Энергетической хартии, в Москве почему-то молчали, не возмущались, не протестовали, а спокойно продолжали участвовать в гаагском разбирательстве, уже по существу иска, еще несколько лет. Видимо, по-прежнему рассчитывали на успех. Но — потерпели поражение.
С тех пор шумят, кричат, машут после драки кулаками, несут всякий вздор, оспаривая очевидный проигрыш.
Впрочем, простому русскому обывателю, который все узнает из государственного телевизора, где звучат только мнения кремлевских чиновников во главе с самим президентом, возможно, это не так очевидно.
Почти наверняка обыватель считает, будто ситуация, в которую попало государство российское, описывается старинной поговоркой «без меня меня женили», будто арбитраж в Гааге прошел как бы сам по себе, без ведома России, будто кто-то там устроил над ней судилище и, не выслушав ее аргументов, вынес вопиюще несправедливый вердикт.

Увы, все это ерунда.

Россия, повторяю, добровольно согласилась быть стороной этого процесса, больше того, даже внесла немалый депозит – 4,2 миллиона евро — на расходы по рассмотрению дела. В соответствии с обычно применяемым в подобных случаях регламентом ЮНСИТРАЛ (Комиссии ООН по праву международной торговли) в Гааге был сформирован третейский суд ad hoc – специально для рассмотрения данного конкретного дела – в составе трех арбитров. Россия имела возможность назначить одного из них, другого назначили истцы, и затем эти двое арбитров выбрали третьего, председателя арбитража, который устраивал их обоих. Арбитром, на которого пал выбор РФ, оказался Стивен Швебель, бывший председатель Международного суда ООН, один из самых уважаемых в мировом юридическом сообществе людей. Кстати, в итоге он поддержал решение двух других коллег в пользу акционеров ЮКОСа – настолько убедительными оказались их аргументы.

Но это было в конце, а в начале процесса государство российское, видя, что истцы пригласили представлять их интересы авторитетную международную юридическую фирму «Шерман-Стерлинг» решило тоже не ударить в грязь лицом и тоже наняло иностранных адвокатов – сразу две крупнейшие контор– «Клири-Готлиб» и «Бейкер-Боттс» (партнером в последней является бывший госсекретарь США Джеймс Бейкер, который также дважды занимал пост главы аппарата Белого Дома — при президентах Рейгане и Буше-старшем).

За их услуги были заплачены — между прочим, из кармана российских налогоплательщиков — огромные деньги. Всего на свое участие в процессе российская сторона потратила 37 миллионов долларов. Процесс – с участием представителей РФ, в ходе которого свидетельские показания со стороны ответчика, то есть государства российского, дали многие авторитетные эксперты, юристы, государственные деятели, включая, например, бывшего председателя Конституционного суда РФ Марата Баглая — продолжался без малого 9 лет.
И после всего этого Путин не моргнув глазом заявляет: мы не признаем юрисдикцию арбитражного суда по делу ЮКОСа в Гааге?!

Если перевести это на простой язык, то президент выглядит как банальный капитан футбольной команды, который, проиграв решающий матч, от досады валит все на плохое судейство. Нет, даже так – как проигравший футболист, который после финального свистка вдруг заявляет, что правила игры были нечестные, нельзя было бить соперников по ногам и играть руками, и потому поражения мы не признаем!
Дайте же, наконец, сыграть в футбол руками – вот тогда мы наконец станем чемпионами мира.
А если серьезно, наберемся терпения. Что-то подсказывает мне, что рано или поздно прогноз моего собеседника 10-летней давности опять сбудется: несмотря на все вранье, Кремлю в конце концов придется раскошелиться и заплатить бывшим акционерам ЮКОСа за отнятую у них компанию.

http://echo.msk.ru/blog/kiselev/1571376-echo/

Патрушев и Олбрайт: как фраза кремлевских троллей стала символом веры кремлевской элиты

Юлия Латынина

И эти прекрасные люди определяют политику и стратегию России


Секретарь Совбеза Николай Патрушев. Фото: РИА Новости

Yes! Я давно ждала, когда они это скажут официально — и вот сказали.

Секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев в официальном интервью газете «Коммерсант» заявил, что США «очень хотели бы, чтобы России не было вообще», «потому что мы обладаем огромными богатствами. А американцы считают, мы владеем ими незаконно и незаслуженно, потому что, по их мнению, мы ими не пользуемся так, как должны пользоваться. Вы, наверное, помните высказывание экс-госсекретаря США Мадлен Олбрайт, что России не принадлежит ни Дальний Восток, ни Сибирь».



Читайте также:

Секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев рассказал «Коммерсанту» о главных угрозах для безопасности России


История этого высказания изумительно интересна. Первое о нем упоминание, насколько мне удалось обнаружить, относится к июню 2005-го года, когда эта цитата  была вброшена в интернет-форумы.

Тогда некая Nataly1001 на форуме forum.germany.ru. в блоге «Странная политическая ситуация» от 7.06.2005 записала следующее:



«Так как моя работа связана с интернетом, я часто прочитываю новостную ленту и заметила странную политическую тенденцию в последнее время. Довольно часто российские СМИ стали муссировать тему национальной безопасности… Озвучено заявление бывшего Госсека США г. Олбрайт: «Ни о какой мировой справедливости не может быть речи, пока такой территорией как Сибирь, владеет одна страна. Вот если бы это была другая страна, тогда — другое дело!..» Собственно говоря, хотя это заявление прозвучало как мнение ЧАСТНОГО ЛИЦА и БЫВШЕГО американского политика, это наводит на размышлизмы...»


Nataly1001 имела все признаки кремлевского тролля. По результатам этого сообщения началась бурная дискуссия.  Скептики требовали ссылки, а им отвечали «Почитайте Збигнева Бжезинского».

Скептики не отставали: «Когда утверждается, что большой политик говорит такое, возникает сомнение в том, что он действительно это говорил, поэтому хочется получить подтверждение, ну а уже потом делать выводы»,

Тролли отвечали: «Доказательств чего? Понятно, что западные политики будут всячески открещиваться от подобных высказываний!»

Короче: два десятка страниц на форуме были исписаны проклятиями в адрес Олбрайт, но ссылки так и не последовало.

Тем не менее, дело было сделано. Фраза «Мадлен Олбрайт» была вброшена, и теперь процедуру ее легитимизации можно было поднимать на новый уровень.


Госсекретарь США Мадлен Олбрайт, 1997 год. Фото: РИА Новости

14 июля 2005 года, через месяц после появления без ссылок в устах анонимных троллей, ее процитировал ведущий программы «Постскриптум» Алексей Пушков.



«Как приписывают Мадлен Олбрайт слова,  — заявил Пушков, — что «Сибирь — слишком большая территория, чтобы принадлежать одному государству». Даже если она точно так не сказала, то подумала-то наверное, или кто-то там подумал из неглупых людей в Америке».


После этого все ссылки делались уже на программу Пушкова. «Как сказала в программе Пушкова Мадлен Олбрайт». Правда, не она сказала, а Пушков. И, может, не сказала, а подумала. И, может, не Олбрайт. А «кто-то там».

Через год, однако, выяснилось, что подумала все-таки Мадлен Олбрайт. Генерал-майор Борис Ратников дал интервью «Российской газете» от 22 декабря 2006 года. Интервью так и называется — «Чекисты сканировали мысли Олбрайт».

Дело в том, что генерал-майор Борис Ратников в Федеральной службе охраны курировал специальное подразделение, которое занималось тайнами подсознания. И вот накануне войны в Югославии в ходе своих астральных битв генерал-майор осуществил «сеанс подключения к подсознанию госсекретаря Олбрайт».



«В мыслях мадам Олбрайт мы обнаружили патологическую ненависть к славянам, — сообщает генерал-майор. — Еще ее возмущало то, что Россия обладает самыми большими в мире запасами полезных ископаемых. По ее мнению, в будущем российскими запасами должна распоряжаться не одна страна, а все человечество под присмотром, конечно же, США».


<iframe width="570" height="428" src="https://www.youtube.com/embed/p6fVypH33Po" frameborder="0" allowfullscreen></iframe>

Генерал Ратников — о том, как спецслужбы влезли в подсознание Олбрайт — с 13-й минуты

Меньше, чем через после этой публикации, 18 октября 2007 года, состоялась прямая линия президента Путина. В ходе этой линии простой российских механик из Новосибирска попросил президента Путина  прокомментировать высказывание бывшего госсекретаря США Мадлен Олбрайт о том, что Россия «несправедливо одна владеет природными ресурсами Сибири».

Путин заявил, что он не знаком с этим высказыванием Олбрайт, но «знает, что такие идеи в головах некоторых политиков бродят». «Это, на мой взгляд, такая политическая эротика, которая, может быть, кому-нибудь и может доставить удовольствие, но вряд ли приведет к положительному результату», — отметил президент.

Вопрос и ответ в ходе «прямой линии», где простых механиков тщательно отбирали и натаскивали, был, очевидно, частью дальнейшей операции по легитимизация этой фразы, и все было устроено необыкновенно тонко. С одной стороны, фраза прозвучала на всю страну, да еще в ходе прямой линии с президентом. С другой стороны, обратите внимание на ответ Путина.



В Кремле, видимо, тогда еще помнили, что Мадлейн Олбрайт этого не говорила.


В интервью Патрушева газете «Коммерсант» круг замкнулся. Несуществующая цитата, вброшенная кремлевскими троллями на интернет-форумах, и прочитанная вознесшимся в астрал генералом Ратниковым, превратилась в символ веры и аксиому той неэвклидовой политгеометрии, в которой живет коллективный кремлевский разум.

Как известно, Средневековье было временем фанатичной, искренней, исступленной веры. И одновременно — временем поддельных святынь —  гвоздей, которыми был прибит к кресту Иисус Христос, костей Иоанна Крестителя  и пр. Они появлялись в промышленных количествах, так что одними только этими гвоздями можно было сколотить целый корабль. Меня (и Умберто Эко, посвятившего данному вопросу целый роман «Баудолино») всегда интересовало: верили ли поставщики фальшивых костей, что кости их настоящие?

После интервью секретаря Совбеза Николая Патрушева можно сказать точно: верили.

И эти прекрасные люди определяют политику и стратегию России. А что? Они ведь умеют читать даже мысли.

http://www.novayagazeta.ru/columns/68930.html