February 20th, 2018

Для неверующих и ловящих веселый хайп на погибших

Очень часто среди тех, кто считает трагедию под Хишамом фейком, слышные вопрошающие возгласы: а где же родственники и друзья, которые разыскивают погибших?
Вот обращения за пару дней и только в одной из социальных сетей. Это не считая по вайберу, ватцапу и просто по телефону. И это только ко мне. А сколько еще обратился к Наташе Хим и другим, кто успел попасть в госпиталя до того, как их начали осаждать журналисты

Collapse )


Тем же, кто сегодня ловит весёлый хайп на погибших, считая, что подобный глум над павшими это хороший способ не только проявить своё остроумие, но и поднять рейтинг своего блога, то я прошу хотя бы вспомнить о том, что вы люди. Постарайтесь найти в себе хоть, что то человеческое. Путь даже если вам Захарова открыла тайну о пятерых погибших. "Седой" вам сказал о 14 погибших. На днях в госпитале скончался Алексей Митин.

Вы же уже твердо знаете то, что они погибли.
Если вы действительно душой участвуете в этом. Вы искренне хотите узнать истину или доказать правду. Вы можете спорить, ругаться, обзывать последними словами тех, кто хочет донести правду.
А этот глум и крихмылие только показывает, что вам по большому счету плевать. У вас совершенно другие цели.
Очень вас прошу. Прекратите этот стендам на костях.
chervonec_001 в первую очередь к тебе обращаюсь.
Хочу верить, что твою личность еще не полностью заменил блогер.



Эмоция – любимый инструмент пропагандонов

Светлана Самборска

Снова марши, снова импичменты, снова истерики, снова кликуши давят на эмоции. Череда фейков, череда вранья, череда попыток манипуляций – все, все идет в ход, лишь бы выдавить эмоцию, лишь бы раскачать на реакцию, лишь бы поднять ненависть хотя бы на градус.

Эмоция – любимый инструмент пропагандонов. Те вагнеровцы, которых на днях зарыли в сирийскую землю, ведь пошли добывать величие своей родине (пушечное мясо эффективнее всего заготавливать под высокий имперский пафос). А те 30 тысяч россиян, которые недавно в Воронеже вышли хоронить погибшего летчика, считали, хоронят героя, а не людоеда, бомбившего рынки и больницы в далекой Сирии. И те идиоты, что в Калуге сегодня сожгли в честь масленицы собранный из веток католический собор – их тупую ненависть тоже взащивали высокими призывами – за духовность.

Подумай, соотечественник, действительно ли заезжие проходимцы – кто из Крыма, как Богуцкая, кто из России, как “Соболев”, кто из Донецка (или Крыма?), как “Семенченко”, кто из Грузии, как Саакашвили – призывают тебя идти свергать избранную власть, они точно делают это из любви к тебе? Может, какая-то еще цель есть? И она тебе не очень выгодна? Может, они раскачивают страну потому, что им – залетным – нечего терять здесь? В отличие от тебя. Что терять той Лизе или Семену? Что здесь терять тому Саакашвили? Ну, не выйдет, ну, заварится здесь кровавая каша вместо завариваемой заварушки с новыми возможностями для лидеров – так сдрыснут, и все. Это тебе, соотечественник, эту кровавую кашу расхлебывать. Ты точно готов рискнуть? Тогда опыт твоих прадедов ничему тебя не научил.

Агитируют накалом эмоций – значит, пытаются отключить рациональность. И здесь лучшая тактика – убрать эмоции и вспомнить, когда дергали за те же ниточки и 100 лет назад, и 25, и 10 лет назад. И всякий раз на эту агитацию велись.

Давай вспомним школьные уроки истории и подумаем, зачем в 1914-1917 велась оголтелая пропаганда против царя. И когда распропагандированные люди царя сбросили, что для них началось?

Зачем велась оголтелая пропаганда против Скоропадского? Во время войны? Что обещали? Что получили? Земельки хотелось? Ну, земелькой наелись. До отвала. Те миллионы жертв Гражданской, потом коллективизации, потом Голодомора – это точно то, чего они хотели?

Спроси у родителей, как демонизировали Кучму. Зачем? А чтоб ослабить, чтоб олигархи у ослабленного Кучмы могли бы выкрутить для себя получше условия. Себе они выкрутили, а стране пришлось снова ориентироваться на Кремль. И в преемники Кучме пришлось двигать дуболома Януковича.

Вспомни, как на твоих глазах велась оголтелая пропаганда против Ющенко в 2005-2009. И когда распропагандированные люди проголосовали за двух российских ставленников – половина за Тимошенко, половина за Януковича – к чему это привело? Ведь выбрали бы Ющенко – ничего бы этого не было бы. Ползли бы медленно в сторону Запада. Медленнее, чем сейчас, конечно, с коммунистами и рыгами, конечно, но без потерь.

Вспомни, как демонизировали Ющенко, что его возненавидела вся страна. За что? Он что, накрался? Нет. Он что, не был патриотом? Был. Он что, сдал России страну? Сдал напрямую, как Янукович? Или подписал банкротящий страну кабальный контракт, как Тимошенко? Нет. За что ненавидели-то? А ни за что. За то, что по условиям политреформы лишился полномочий и вынужден был крутиться между БЮТом и рыгами.

Кстати, в таком же положении окажется любой президент без крупной фракции в Раде. Например, Вакарчук, будь он избран. И его точно так же года за два возненавидят, кстати. Пропагандоны-то те же. И так же им надо будет вкусно кушать. А желающие покормить всегда найдутся.

Пропагандоны четыре года ненависть к Ющенко вызывали, капали капля за каплей – и вдолбили. Нравится результат, соотечественник? Ну, беги, повторяй тогда. С каждым разом ведь всё лучше и лучше получается. Всё ярче искры из глаз и всё живописнее растекается кровь по лбу с каждым новым ударом старых украинских грабель.


http://tverezo.info/post/44269

Вони хотіли реваншу

чому Майдан'14 стався таким, яким стався.
Сі думки були в мене ще тої зими, потім їх витісніли гарячі події - окупація, вторгнення, війна.
Але зараз я повертаюся до одної думки, яка чітко застрягла тоді у мене - спочатку навіть не думка, а чуйка, відчуття, враження, і воно не з тих, яким радієш. Воно з тих, які маєш як передчуття, не добре і не погане, а неминуче.

Майдан'04 був недоробленим.
Як би сказали класові теоретики, "незавершена" революція.
Десять років всі готувалися до реваншу.
Всі: ми, помаранчові.
Вони, баклажанові.
І ВОНИ, росіянці.

У повітрі десять років висіли звуки помахів п'ястуками після бійки, якої не сталося.
В помаранчів закріпла думка, що тре було рішучіше вимагати вичищення кучмівської влади.
У баклажанів - впевнення, що треба було одразу дати помаранчам в морду.
І ті, і другі часто писали, що безкровна революція - не революція. Я мимоволі здригався, коли бачив такі рядки, але відчував, що вони праві.
Хоча насправді мені відомо кілька випадків, коли люди загинули в той перший Майдан.
Але ті смерті, поодинокі, майже випадкові (але не випадкові) не стали сіллю революції - навпаки, запанувала думка про повну безкровінсть.

Але якщо я просто здригався від таких рядочків, що революцію поливають кров'ю, то були більш вдячні читачи - росіянці.
На правах мемуариста зазначу, що до 14 року значна більшість, переважна більшість українських есеїстів, дописувачів, резонерів писала російською .
Навіть україномовні.
Усі двомовні.
У всіх сумнівних випадках, коли автор думав, написати однаково хорошо українською чи російською, він обирав російську.
І тому їх читали. Уважно читали, кожен рядочок. читали росіянці.

Але я не про це, власне.
Росіянці переживали наш перший Майдан глибше і чутливіше, ніж другий.
Бо це було вперше для них.
Це була травма.
Ними були написані гори книг, що то кінець Росії.
Навіть ті, хто зараз зображають з себе хороших рускіх - всі вони тоді писали, що "просто революції воврємя не далі в морду".

І о, вони мріяли реваншу.

"Тільки дай мені привід, прошу, умоляю".

Ми теж були такі.
Ніхто всерйоз не думав - принаймні, до Грузії - що у відповідь на троління та ознаки непокори Москва "наважеться" ввести війська.
Після Грузії прозріли деякі, особливо параноїки.
Їх було так мало (а серед них - щирих, а не просто флюгерів), що я майже всіх їх досьогодні пам'ятаю. Се було з сотню авторів на всю країну.

Потопити в крові другий Майдан стало - занотую це - національною ідеєю рускіх. Федеральною ідеєю Росії.
Спочатку тому були раціональні підстави, але вони зрастилися з ненавістю, страхом, злістю і швидко стали над-раціоналними, внє, ір.
Попросту кажучи, ідея фікс.

І вони зробили це, як зробить людина, яка вас ненавидіть.
Вся росія тоді перетворилась на таку одну людину.

Кров не могла не пролитися.
Ми не зупинили б її, коли б "не вийшли тої ночі", коли б "зробили інакше того-то дня".
Вони б не зробили інакше.

Ми були приречені на кров.
Обидві сторони бажали реваншу.
Обидві сторони закликали вбивати і нищити.
Але тільки одна сторона говорила це буквально, без ефемерій.